Московский Еврейский Театр

Художественный руководитель
Народный артист России
Александр Левенбук

Международный институт театра
Билеты он-лайн
Касса: +7 (495) 745-46-47
Контакты
Купить книги, сувениры
Медиа

Ведущее издание Израиля рассказало о юбилее театра "Шалом"

Ведущая израильская газета на русском языке "Вести" опубликовала подробный репортаж о юбилейном концерте театра "Шалом", который состоялся в Москве 8 апреля 2013 г.

«Шалом» отметил юбилей весело. 
Весь вечер гости травили анекдоты, а Кобзон впервые в жизни пел под фонограмму

В Москве отпраздновал свое 25-летие еврейский театр «Шалом». Артисты коллектива устроили для гостей веселый концерт: пели песни и танцевали, а знаменитости, пришедшие поздравить коллектив и его художественного руководителя Александра Левенбука со славным юбилеем, неустанно шутили, вспоминали смешные случаи и рассказывали анекдоты. А Клара Новикова вдобавок призналась, что ее знаменитая тетя Соня - ровесница театра. Но обо всем по порядку… 


Поздравления 

Начался праздничный вечер с официальной части. 

- Добрый вечер! Шалом! Шалом всем присутствующим и персональный шалом - коллективу театра «Шалом»! – сказал главный раввин России Адольф Шаевич. 

Поздравления Московского Патриархата передали специалист отдела по взаимоотношениям церкви и общества Роман Багдасаров и заведующий сектором межрегиональных контактов Дмитрий Сафонов. Минутой молчания почтили память жертв Холокоста. Заслуженный артист России Леонид Каневский зачитал приветствия от посла государства Израиль в РФ Дорит Голендер и премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху. Московский Фонда мира наградил театр «Шалом» орденом «Мир и дружба» за большой вклад в миротворческую и благотворительную деятельность и в связи с 25-летием. 

- Театру «Шалом» - 25 лет. А сейчас на сцену выйдет человек, который занимается этим театром 26 лет, - сообщил ведущий вечера - худрук театра народный артист России Александр Левенбук. - Так случилось, что идея возрождения еврейского театра в России и в Москве впервые пришла в его голову. Это такая голова! Это особый человек, которого мы все очень любим. Итак, на сцену приглашается главный попечитель театра «Шалом», народный артист Советского Союза наш Иосиф Кобзон. 

- Уважаемый Александр Семенович! – начал Кобзон. 

- Не надо так официально - аж страшно становится! – прервал его Левенбук. 

- Будешь много говорить… - с шутливой строгостью произнес Иосиф Давыдович, но тут же сменил тон. - Ну, тогда - дорогой Алек! Я действительно с первого дня знаю этот коллектив. И сегодня мы отмечаем четверть века существования еврейского театра «Шалом», которым бессменно руководит Александр Семенович Левенбук. 25 лет - непростых лет, при скудном субсидировании… Чего стоило держать этот коллектив энтузиастов, которые за маленькую зарплату приходят сюда… 

- Можно, я тебя перебью? 

- Нет, нельзя. Не забывай, что я - депутат Госдумы! 

На этом официальная часть незаметно закончилась и перешла в неофициальную… 

Анекдоты от Кобзона 

- Я просто хочу сказать то, чего ты еще не знаешь, - сказал Иосиф Кобзон. – Три дня назад я потерял голос – сегодня вот могу уже разговаривать, но петь еще не могу. И мне все говорят: «Ну, и что? Пой под фонограмму!» Но я не могу обманывать людей, сидящих в зале, и петь под фонограмму! Я никогда не пою под фонограмму - наоборот, по мере сил пытаюсь с ней бороться. Но это - тот случай, когда я хочу поэкспериментировать. Будет звучать моя фонограмма, и я буду ей подпевать. И вы, если у вас будет такое желание, подпевайте… Кстати, к случаю вспомнил анекдот. Встречается два друга, и один охрипшим голосом говорит: «Привет! – Привет! Ты чего, охрип? – Охрип! – А почему? – Застудил левое легкое. – А правое? – Правое нормально, - отвечает он уже нормальным голосом»… 

Кобзон исполнил песню «Еврейское местечко», а потом неожиданно спросил, хитро улыбаясь: - А ты знаешь, что у женщин под платьем, а у еврея в голове? Долго думаешь! Это - комбинация! – засмеялся Кобзон. 

- Кобзон знает анекдотов больше меня! - развел руками Левенбук. Иосиф Давыдович спел еще одну песню - «Налей же рюмку, Роза» - и продолжил: 
- Александр Семенович, я вот сейчас пел - и вспомнил анекдот про Розу. Встречаются два друга, примерно в нашем с тобой возрасте, и один говорит другому: «Как ты живешь? – Да ничего, нормально. Только склероз замучил. – А ты пей таблетки. Вот я пью - и помню все, что было у меня в детстве, в юности… Все, что в жизни было - все помню. – Да? А как они называются? – Что? – Ну, те таблетки? – Какие? – Ну, те, которые ты пьешь. – Я? Почему я должен пить таблетки? – Ну, от склероза. – А! От склероза! Слушай, как называется тот цветок, у которого колючки, колючки, а сверху - цветок красивый? – Роза. – Роза, как называются таблетки, которые я пью?» 

Зал разразился хохотом, а Кобзон продолжил: - Я понимаю, что занимаю ваше время… Я не заполняю паузу - их у Александра Семеныча нет - просто я ворвался на сцену и, мне не хочется отсюда уходить... Я могу бесконечно вас баловать анекдотами, но у меня к вам просьба: в связи с тем, что я вас не обманывал с фонограммой - вы это оценили, спасибо большое. Но я хочу, чтобы вы теперь мне сделали такой же подарок. Давайте мы все вместе споем под фонограмму, чтобы почувствовать себя одной большой семьей, которая пришла поздравить наших юбиляров! 

И вместе с залом спел «Тумбалалайку»... 

Инин вспомнил про Сталина

Писатель-сатирик Аркадий Инин решил не отставать от Иосифа Кобзона и тоже рассказал анекдот. Но с самого начала предупредил: 

- Я вам расскажу серьезный анекдот - суровый, военный… Идет война, все советские люди воюют, все народы. И товарищ Сталин говорит: «А как наши замечательные евреи?» – «Хорошо воюют», - отвечают – «Я думаю, надо создать особый, героический еврейский полк», - говорит товарищ Сталин. Стали думать - и решили, что евреи - разведчики, потому что все могут достать из-под земли. «Нет, - говорит товарищ Сталин, - не будут они просто так доставить из-под земли немцев!» И решили заинтересовать коммерчески - и за каждого языка стали платить по 10 рублей. И евреи как понесли, как потащили этих пленных языков! На возах, на телегах, набили все окопы… И уже стало девать некуда этих пленных немцев! Товарищ Сталин вызывает героического еврейского полковника и говорит: «Молодцы евреи! Но у нас уже смета кончается. Теперь мы будем платить по пять рублей». А героический еврейский полковник говорит: «Нет, товарищ Сталин, по пять рублей не получится! Мы их сами у партизан по семь рублей берем!» 

Алла Иошпе и Стахан Рахимов 

Театр пришли поздравить его близкие друзья - народные артисты России Алла Иошпе и Стахан Рахимов. И они приветствовали юбиляров прямо из зала, поскольку 75-летней Алле Яковлевне по причине нездоровья трудно было подняться на сцену. Они прямо в первом ряду исполнили «Псалом Давида». А Стахан Рахимов рассказал «анекдот из жизни»:

 - Я же - узбек. После концерта один ко мне подошел и говорит: «Вы – еврей?» Я говорю: «Нет». А он: «Что так?»… Так что с еврейской культурой я давно сроднился и по мозгам своим где-то близок к евреям. - Не льсти себе! – пошутил Левенбук. - Наоборот - евреи должны себе льстить, что узбек так служит еврейской культуре! - парировал Рахимов. – А в твоем лице хочу поздравить весь твой коллектив. Мы не раз выступали на сцене вашего театра… 

- Совсем недавно мы отметили наш со Стаханом юбилей - 50 лет на сцене и в жизни, - сказала Алла Иошпе. - Хочу вам сказать по своему опыту: трудно только первые 50, а дальше все идет как по маслу… 

Поэма от «6 кадров» 

Режиссер популярной передачи «6 кадров» актер Александр Жигалкин поздравил «Шалом» от Центрального дома актера и прочитал юбилярам отрывок из поэмы «Василий Теркиндт» Сергея Плотова...

- Раз в Москву в пальто потертом

балагур и оптимист

прикатил Василий Теркиндт,

драматический артист.

Для него театр – отрада,

оснащен на все на сто:

и споет он, коль вам надо,

и станцует, если что.

Вот идет Василий Теркиндт

по столице всё ладом,

ищет труппу, где в гримерке

будет стол ему и дом.

Но главреж ему ответил:

«Взять никак не можем вас».

Он – в другой театр и в третий,

но везде ему отказ.

Вот трагедия и драма –

не берут артиста в штат!

Тут гример Арон Абрамыч

объяснил ему расклад:

«Ты с фамилией такою

не ропщи, неси свой крест.

Поступить готов спокойно

в симфонический оркестр.

Общепит и бакалея

к нам весьма благоволит,

а в театр для евреев

исчерпали весь лимит».

Вот как жизнь текла в России

в стародавние года,

и уехал наш Василий

прямо в Хайфу, навсегда.

Хорошо, не в Улан-Батор…

Он не знал, что за углом

есть чудеснейший театр

под названием «Шалом».

В нем как творчества основа

расцветает божий дар,

из кошерных постановок

состоит репертуар.

Там поют артисты сами,

могут даже станцевать.

Там любой еврейской маме

не зазорно побывать!

Возглавляет всё матерый

Александр Левенбук.

Вот туда бы Вася Теркиндт

поступил без всяких мук.

Ваш театр по идее

сохраняет нам страну –

сокращает, как умеет,

эмиграции волну.

Завершая разговоры,

вам желаю, господа:

приходите в Дом актера,

он открыт для вас всегда!

И пускай вам хватит силы

жить, не ведая проблем,

пережить Мафусаила

и творить на радость всем!»


Большой привет от Клары Новиковой…

 - Нежданно-негаданно! Клара Новикова! – обрадовался Левенбук. 

- И жданно, и гаданно! – заявила актриса, выходя на сцену. - Потому что так не могло быть, чтобы я не пришла. С Алеком у нас - давняя дружба, очень давняя, у меня даже есть байка про это. Когда я ждала свою дочку Машу, я прихожу уже с приличным животом, а Алек Лившиц и Алек Левенбук говорят: «Где ты будешь рожать?» - «Я еще не знаю». - «Ну, иди к Копу и скажи, что ты от Лившица и Левенбука!» Я пришла, замечательный врач Коп, я долго его ждала. «Здравствуйте, - сказал он. – Заходите!» - «Здравствуйте, я беременная, от Лившица и Левенбука». Так что собственно мою дочь вот от них и родила... Я сегодня вышла еще и потому на сцену, что как-то так совпало: 25 лет театру и 25 лет моему персонажу – тете Соне. Но она бы никогда в жизни не появилась на белый свет, если не мои родители! Может быть, этот театр и есть, потому что были наши родители, которые нам предавали из поколения в поколение эту культуру. Я не знаю языка, но когда поют - я почему-то его узнаю, на каком-то генетическом уровне. Я не понимаю языка, но когда недавно смотрела по телевизору какой-то спектакль еврейского театра, и там говорили на идиш - я понимала, о чем говорят! И мне даже казалось, что тот, кто переводил - что он неточно переводит!

 - Ты придира! – засмеялся ведущий. 

- Да, я - придира! – согласилась Новикова. - Я бы о себе и больше сказала, но на этом уровне закончим. Я вспоминаю еврейское местечко в Житомирской области, в Володарско-Волынском районе, куда каждый год меня отправляли родители. Там жили евреи, украинцы и русские. Боже мой, я вспоминаю мою тетю Этю, с которой я рано утром ходила делать базар, как там говорили. Это кто-то помнит - что говорили «делать базар»? И мы приходили с ней и с мамой, и они останавливались у какой-нибудь украинской тетки, чтобы купить творог. И тетя Этя брала кусочек, пробовала - и делала мой маме знак, что надо брать здесь. Но при этом она говорила: «Шо такой кислый?» А потом тетка брала сметану густую, клала маме на руку, и мама, как тогда это называлось, лэкала. Я помню, как тетя Этя выбирала курицу. Она переворачивала живую курицу вниз лицом, сверху у курицы болтались ноги, и тетя щупала. «Тетя Этя, что ты там ей щупаешь? И зачем ты ее перевернула?» И она отвечала: «Я столько лет щупаю ей задницу, что мне стыдно смотреть ей в глаза!» Я все это помню! Когда мои родители отмечали 50-летие со дня свадьбы, я приехала в Киев, и в концертном зале «Украина» у меня был сольный концерт. Родители были в зале – и, боже мой, как они были счастливы! Мама моя говорит (тут Новикова снова переходит на местный говор): «Лара, рядом со мной сидела женщина - она так смеялась, что чуть не описалась!» И я вижу: мама на меня не смотрит - она смотрит по залу, как кто реагирует. Это был день их золотой свадьбы, и потом мы пошли в ресторан, где был накрыт стол и зажжены свечи. Вошли папа с мамой, и папа удивился: «Шо такое? Почему свечки горат?» - «Папа, у нас же такой праздник, поэтому и зажгли!» - «Дочка, я тебе скажу, шо они свечки зажгли: у них, наверное, несвежие продукты, так они не хотят, чтоб мы это видели!» А потом он сказал маме: «Оля, положи себе на тарелку кусок рибы, попробовай - я это могу кушать?» … и от тети Сони - А вчера отмечали 25 лет моей тете Соне. Она говорит (тут актриса «включает» знаменитую «тети Сонину» интонацию): «Боже мой! 25 лет я даю людям советы, как надо жить. И наверное, мне надо еще 25 лет, чтобы понять, что эти советы никому не нужны. Понимаете, шо такое советы? Сколько тебе лет, тетя Соня? Шо мне, стыдно сказать, сколько мне лет? Я скажу. Мне скрывать нечего: достаточно! Достаточно, чтобы еще жить своим умом - и недостаточно, чтобы из него выжить. Я про политику не хочу говорить - я в своей жизни столько уже наперчила, шо у некоторых от меня изжога. Я не хочу. Я хочу несколько слов о другом сказать. Женщины, девочки, любите своих мужчин! Они же - как дети, вы понимаете?! Целуйте их, целуйте их в лобик, в губки, в животик, в коленки. Даже то, шо я перескочила, можно тоже целовать. И перестаньте их воспитывать! Принимайте мужчин, какие они есть! Хотя говорят - я в интернете я прочитала - шо принять мужчину таким, какой он есть, может только военкомат. Все примеры у меня - из жизни, я ничего не придумала. У меня был кот. И он ходил по дому и гадил. Так я принесла песок, тыкала его туда мордой и говорила: «Сюда, сюда надо!» Он умный: он ходил и сам тыкался туда мордой. А гадил, где хотел. Вы понимаете? Это же я про мужчин! Мне женщины говорят: «А шо делать с женской гордостью?» Я бы вам сказала, куда ее надо засунуть, но сейчас - праздник… Я скажу: знаете, я видела, как женщина бежала за автобусом. Так водитель остановился, чтобы она туда села. Так эта женщина гордо побежала мимо! Понимаете, сегодня такое время, шо лучше гордо ехать в автобусе, чем гордо пробежать мимо! А ну спроси у меня: «Тетя Соня, а у тебя есть какие-то романы?» Спроси меня, что ты сидишь! У меня есть романы. У меня есть повести. У меня есть маленькие рассказы. Даже пара анекдотов. «Тетя Соня, ты меняла мужчин как перчатки!» Меняла, два раза в год. Теперь жалею - надо было чаще. За мной и сейчас один ухаживает. Я ему: «Шо вы за мной бегаете? Шо вы от меня хотите? Вы старый». А он мне: «Старый конь борозды не портит». Я говорю: «Борозды не портит, конечно… Но воздух!..» Понимаешь, он же глухой как пень! Я при нем зевать боюсь - он думает, что я пою, и аплодирует… Ой, дорогие мои, я бы сегодня много чего могла сказать! Но я вам хочу сказать одну вещь… А то если я вам не скажу - то кто скажет? Понимаете, человек, когда он рождается - он рождается голый и голодный. И оптом всю жизнь он бежит, и бежит, и бежит, и бежит, и хочет везде прибежать первый. И только к финишу он хочет прийти последний. Почему говорят: «Жизнь пробежала»? Это мы пробежали, а жизнь прошла. Понимаете, между этими двумя понятиями – начало и конец – жизнь. От этого никуда не денешься, это всех ждет. Так вот в это между «начало и конец» я хочу, чтобы вы больше смеялись, больше радовались, чтобы любили друг друга и благодарили. Понимаете, сегодня какой праздник? Этому театру - 25 лет! Кто-то мог себе взять в голову, шо когда-то так будет – 25 лет?! Шо им надо? Им надо, чтоб их любили, и если кто-то даст немножко денег – никто не откажется. Правда, Алечка? Это рэбэ этого театра. А можно, я расскажу - это такой анекдот, притча. Рано утром, летом, солнечный день, берег речки. На берегу рано-рано утром стоят православный священник, мусульманский и наш. И так хорошо, и на берегу никого нету! И православный говорит: «Братья мои, давайте скинем с себя все, что есть, и пойдем поплаваем! Такой хороший день!» «Я как же мы? Мы не готовы, мы не оделись!» «Ой, давайте как в детстве!» Они послушались, все сняли и прыгнули в воду. И не имеет значение. И вот уже выходить, они смотрят, а на берегу вся их паства стоит. Смотрят на них как на ненормальных и не понимают ничего. Шо делать? Ну, православный священник закрылся руками, побежал в кусты и оделся. Мусульманский тоже прикрылся и побежал. А ребе стоит и не знает… И потом он закрыл руками лицо и побежал в кусты! И вот они уже оделись, и батюшка говорит: «Слушай, ребе, что же такое? Мы прикрыли свои места срамные. А что ты лицо закрыл руками?» И ребе говорит: «Мне кажется, что моя паства узнает меня в лицо!» Шо это я сказала? Не знаю. Это такой театр, шо его узнают в лицо. Я знаю еврейские театры… Но они играют мировой репертуар. А наши играют про нас - про нас с вами, про наши местечки, про наших родителей. Они поют наши песни на языке, который в нас сидит. Мысленно давайте пожелаем еще много-много лет этому театру, и пожелаем видеть нас у них в зале! 


Автор репортажа - Алена Афанасьева, фото -  Вадима Тараканова 
(ИА «Столица») для израильского издания "Окна" (приложения к газете "Вести")
30 Апреля 2013

Источник:

Газета "Вести" (Израиль)

Делитесь с друзьями:

ВКонтакт Facebook Одноклассники Twitter Яндекс Livejournal Liveinternet Mail.Ru
Закрыть